Новый литературный / музыкальный портал
Поэзия
Песни
Музыка
Проза
Разное
Видео
Музыканты
Авторы
Форум
Конкурсы
О портале
Поэзия
Песни
Музыка
Авторы

Фанфик про Антона Шастуна и Арсения Попова: Тайное всегда становится явным...


­Перед...

      — Антон, может, не надо? — сдавленно спросил Арс, зная, что ответ наверняка будет отрицательным. Было бы круто, если бы после этого вопроса Антон улыбнулся и ответил: «Ты прав, Арсюш, зачем нам все это?». Они бы развернулись и ушли, радуясь, что опасность миновала.
      Но Антон не улыбнулся. Не было даже намека на улыбку. Да и Арс не хотел слышать от Антона придуманной им в голове фразы. Он понимал, зачем они пришли. Понимал, насколько это важно. Понимал, как сильно Антон нуждается в одобрении родителей. В одобрении их отношений. Неправильных отношений. Теплых, мягких, красивых, но таких неправильных.

      — Надо, Арсюш, надо. — вздохнул Антон и позвонил в кнопку возле двери. Пути назад нет. Такой родной для Антона звон разнесся по всей квартире. Во рту пересохло. Руки дрожали. Страх сковывал мышцы. Антон вспомнил, как с такими же ощущениями он приходил домой после уроков, когда получал двойки. Он также тяжело поднимался по лестнице. С такой же неохотой дотрагивался до потертой кнопки и звонил в звонок. Он слышал, как мама мягко пересекала коридор. Тогда сердце маленького Антоши переполнялось необъятным ужасом. Она со счастливой улыбкой открывала ему дверь, принимала в свои объятия и, пройдя на кухню, звала кушать. Ее лицо слегка трогала грусть, когда она узнавала о плохой оценке, но она никогда не ругала Антона. Но от этого ему не становилось лучше. Грустная улыбка мамы — вот что трогало Антона за душу. Он старался учиться как можно лучше, но без плохих оценок не выходило. У маленького ученика выходила ассоциация: плохая оценка — грустная мама. Но он никогда не скрывал оценок, как бы сильно ему не хотелось. Все из-за маминых слов, которые навсегда врезались в память Антона.

      -Тайное всегда становится явным, Антош. Каким бы оно ни было. — сказала мама Антона и поцеловала его в лоб. А затем ушла. Антон не спал всю ночь. Тогда он и поклялся себе: «Я никогда ничего не буду скрывать от матери». И только после этого он спокойно заснул.
      — «Раньше боялся реакции мамы на плохую оценку, сейчас боюсь реакции мамы на моего парня.» — пронеслось в голове у Антона и он издал сухой нервный смешок.
      А отец? Как отреагирует отец? В семье было не принято разговаривать о людях с нетрадиционной
ориентацией, но если уж и заходил разговор, то отец отзывался сухо и холодно. Он человек старой закалки, как и мать. Но она никогда не отзывалась резко. А что, если сын полюбит парня? Наверняка они даже не думали об этом. Но если мысль и проскакивала, то они отгоняли ее, как назойливую муху. Но скорее всего…
      Мысли Антона прервались, как только он услышал шаги. Мягкой, плавной, будто воздушной походкой женщина приближалась к двери.

      -"Мама…» — подумал Антон и сердце у него сжалось. Страх и волнение большой ледяной водой накатили на обоих. Обоим хотелось вжаться в стену. Провалиться сквозь землю. Кровь пульсировала в висках. Старые, но отнюдь не приятные чувства резко возвращались к Антону и передавались Арсу. Оба боялись одного: реакции родителей Антона. Оба несколько раз прокручивали у себя в голове этот ужин. Оба представляли этот момент, понимали, что будут бояться, что волнение будет накатывать с головой. Но не представляли, во сколько раз придуманное волнение отличается от настоящего.
      Щелкнул замок. Парни набрали побольше воздуха в грудь.
      -"Мам, пап, встречайте.» — пронеслось в голове у Антона и дверь открылась.



Семейный ужин

      — Антоша, родной, привет! — воскликнула мама Антона. Парни прошли в коридор квартиры. Женщина обняла сына. Вдруг волнение Антона резко пошло на спад. В объятиях матери Антон больше не чувствовал тревоги. Будто и не думал сознаваться в том, что он любит парня, а просто пришел повидаться с мамой.
      — Привет, мамуль… — прошептал Антон и еще крепче обнял маму. Как раньше. Каждый раз, когда Антон навещал мать, он будто бы возвращался в то время, когда был маленьким мальчиком. Запах ее любимых духов, которые она неизменно покупает на протяжении всей своей жизни, запах счастливого детства, запах любимых бутербродов с колбасой, которые мама Антона всегда готовила утром и давала их ему в школу. И запах любви. Нежной, мягкой, материнской любви.

      — Привет, Сенечка — сказала мама, когда перестала обнимать сына. Родители Антона были уже давно знакомы с Арсением, но в гости к Антону Арс пришел в первый раз.
      — Здравствуйте — произнес Арс и улыбнулся. Он не любил, когда его называли «Сенечка», но мама Антона произносила его имя так мягко и мило, что он просто не мог ей возразить. То же самое происходило, когда Антон называл его «Арсюша». Арс только от Антону позволял себя так называть. Наверное, навык мягко и нежно произносить имена у них передавался по наследству.
      Внезапно мать Антона обняла Арсения. Это слегка удивило его. Он вопросительно посмотрел на Антона, но тот лишь улыбнулся в ответ. Вдруг напряжение и страх Арса тоже испарились. Будто их и не было. Он смущенно обнял женщину в ответ.

      -Проходите, мальчики. Я уже накрыла на стол. — произнесла мама Антона, когда перестала обнимать Арсения. Парни сняли с себя верхнюю одежду и прошли в след за женщиной.
      Старые желтые обои, потертый ламинат и знакомые запахи дома вновь возвращали Антона в детство. Вот тумбочка с маминой косметикой и духами, вот папина любимая шапка, которую Антон любил примерять в юношеском возрасте, вот стеклянная прозрачная ваза с цветами, которую Антон чуть не разбил, когда играл в футбол дома.
      -"Ну и додумался же» — пронеслось в голове у Антона. Теплые воспоминания нахлынули разом. Все трое прошли в зал.
      — Я сейчас приду — сказала мать и юркнула на кухню. Антон кивнул ей и огляделся вокруг.
     
Старая люстра освещала комнату желтовато-белым уютным светом. Маленький темный диван у стены покрывала красивая коричневая накидка, обшитая узорной золотой тесьмой. Напротив дивана стоял небольшой современный телевизор. Просторный круглый стол с белой скатертью размещался в центре зала. Около него стояло отцовское кресло в цвет дивана с такой же накидкой, и стулья, которые шли в комплекте со столом. На ламинате расстилался темно-бордовый ковер, на котором были изображены разные цветы: от жарких и тяжелых роз до простых и легких, как небо, ромашек. Около дивана стоял стеклянный шкаф с дорогим прекрасным сервизом: мама Антона доставала его только на Новый год. Это было что-то вроде традиции. Светлые обои идеально вписывались в интерьер. Серо-коричневые тяжелые шторы без значительного рисунка заслоняли окно, которое, в свою очередь, открывало захватывающий вид на закат, лучи которого осторожно ласкали готовящийся ко сну город.

      Около празднично накрытого стола сидел отец в своем любимом кресле, и читал местную новостную газету. Это было его любимым занятием. Он любил быть в курсе всего происходящего. Часто смотрел новости по телевизору, обсуждал политику с друзьями, спорил насчет всего, что происходило в стране и за ее пределами.
      Как только гости зашли в зал, он отложил газету, встал и подошел к парням. К обоим сразу же вернулись беспокойство и тревога. Мужчина был почти одного роста с Антоном, на висках у него проглядывала седина. Голубые глаза были уставшими, но в них неизменно мелькала радость и веселье.
      — Привет, Антон — произнес он и пожал руку сыну. Такое приветствие отца всегда ставило Антона в неудобное положение. Он не мог понять, почему ему становится неловко.
      — Привет, пап — неуверенно поздоровался Антон. Он старался заставить себя говорить как можно смелее, но ничего не вышло.
      — Привет, Арсений — обратился он ко второму парню и тоже пожал ему руку. Оба парня молились, чтобы отец не заметил, насколько сильно у них дрожат руки.
      — Здравствуйте — сказал Арс и Антон заметил, что в приветствии Арсения проскользнул страх. Хоть бы отец не заметил.
      Когда рукопожатия закончились, в зал вошла мать. Ее светлые каштановые волосы были красиво уложены, карие глаза светились от счастья. В руках она несла тарелку со свежеприготовленным салатом.
      — Чего же вы стоите? Идите мойте руки и садитесь за стол, а то все остынет. — произнесла она и поставила тарелку на стол. Все трое не смели ей отказать.
      Когда Антон и Арс помыли руки, отец уже сидел в кресле. Парни принялись отодвигать стулья и садиться. Вдруг послышался глухой удар.
      — Ай, — прошипел Арс и потер косточку таза. Оказалось, что Арс случайно ударился бедром об стул, когда садился.
      — Ты серьезно? — едва сдерживая смех спросил Антон. В ответ получил злой взгляд Арса, в котором, несмотря на гнев, тоже мелькал смех.
      — Господи, Сеня, ты сильно ударился? — беспокойно спросила мама Антона. Она беспокоилась об Арсе так же сильно, как и об Антоне. Он для нее стал практически вторым сыном.
      — Нет, все хорошо…- смущенно выдавил Арс и осторожно сел. Антон еле сдерживал улыбку. Отец Антона устало покачал головой.
      — Ну хорошо…- проговорила мама Антона. Какое-то время она еще смотрела на него, но потом, вздохнув, отвела взгляд. Повисла неудобная пауза. Антон взглянул на своего друга и понял, что он хочет провалиться под землю еще сильнее, чем хотел до того, как они пришли сюда. Улыбка спала с его лица.
      — Как у вас дела, мам, пап? — неожиданно спросил Антон. — Что нового?
      Мама Антона оживилась. Не один Антон хотел замять ситуацию
      — У нас все хорошо. Живем спокойно, ничего особого не случается. — произнесла мама и принялась снимать с себя розовый фартучек. — Как у вас дела? Слышала, у вас недавно были гастроли?

      — Да, мамуль. Полстраны объехали.
      — Ну и славно. Я так за вас рада! — воскликнула мама Антона и улыбнулась. Парни улыбнулись ей в ответ. Она сняла фартук и теперь стояла в нарядном темно-синем платье.
      — Давайте есть — напомнил о себе папа. Он давно косился на запеченную курочку с картошкой, но из-за правил приличия не мог даже дотронуться до нее.
      Мама посмеялась.
      — Да, и правда, давайте кушать. Накладывайте себе чего-нибудь.
      Все четверо принялись накладывать себе вкусные салаты, бутерброды и курочку. Арс посмотрел на Антона. В его взгляде читалось «Спасибо». Антон улыбнулся ему и Арс улыбнулся в ответ.
      — Сенечка, не стесняйся, накладывай себе салатиков. Антош, дать тебе огурчики? -ухаживала за всеми мама Антона. Она всегда была очень приветливой и заботливой. — Милый, ты будешь курочку?
      — Да, давай… — оживился папа.
      Все стали кушать. Чего только не приготовила мама Антона: и разнообразные салаты, и любимые бутерброды сына, и фруктовые соки, и свежие овощи, которые мама Антона не стала нарезать в салаты, и украшение стола — фирменная мамина курочка, которую женщина всегда готовила по праздникам. Все выглядело очень аппетитно и вкусно. Определенно, мама Антона умела готовить и очень любила это делать. Антон с удовольствием учился у мамы кулинарным хитростям.
      — Антош, а вы с Сенечкой просто коллеги? — вдруг спросила мама Антона.
      -"Которые спят по любви» — пронеслось в голове у Арса и он нервно захихикал. Антон тоже припомнил шутку старого друга и пнул своего парня, хотя сам еле сдерживался от смеха. Арс зашипел и перестал смеяться. Но тут в голове у Антона внезапно встало другое: к чему мама задала этот вопрос? Улыбка у Антона исчезла. Внутри все похолодело. Неужели спалились раньше времени? Тревога опять стала нарастать.
      — В каком смысле, мам? — сдавленно спросил Антон. Вот чего он боялся больше всего, так это того, что все пойдет не по плану. Что родители узнают про ориентацию сына нелепым и неосторожным способом. Преподнести это надо было осторожно и очень мягко. ООЧЕНЬ МЯГКО.
      — Ну, вы просто коллеги, или вы в самом деле дружите? То, что показывают по телевизору — не вранье? — пояснила мама Антона.
      Антон выдохнул. Опасность миновала.
      — Нет, мамуль, мы и в самом деле дружим.
      — Вы даже не представляете, какая крепкая у нас дружба. — внезапно вставил Арс. Маме Антона это предложение показалось милым. Она улыбнулась. Но у Антона была совсем другая реакция: он-то понял, какой именно смысл шутник вложил в это предложение. Парень вытаращил глаза и с удивлением посмотрел на Арса. Автор шутки сидел и пытался скрыть улыбку. Губы Антона побелели: настолько он пытался не показывать смех. Антон смотрел на Арса, буквально испепеляя его взглядом, а Арс сидел и с наигранной невинностью убирал лук из салата.
      — Это хорошо, что вы так дружите. -произнесла мать.
      — Да уж… — сказал Антон, прекратив пилить гостя взглядом.
      «Дурак, блин, — подумал он, с любовью и улыбкой посмотрев на Арса. — Ну ничего, я еще отыграюсь.»
      Трапеза продолжалась недолго. За столом царила такая уютная атмосфера, что страх Антона и Арса сразу куда-то ушел. Семейные разговоры отвлекали от серьезных мыслей, они оставляли лишь радость и веселье. Все четверо рассказывали разные забавные истории, шутили, смеялись и наслаждались вкусной едой. Никто не думал о чем-то тревожном, все проходило легко и беззаботно. Антон любил праздники именно из-за этой атмосферы. Никогда он не грустил на семейных ужинах, и не давал грустить другим.
      Когда салаты, курица и другие блюда были съедены, мама Антона встала из-за стола.
      — Сейчас принесу тортик, — сказала она и пошла на кухню.
      — Мам, тебе помочь? — спросил Антон. Мама Антона развернулась.
      — Нет, спасибо, дорогой, — произнесла она и пошла на кухню.
      За столом остались трое. Пока мама Антона возилась с тортиком на кухне, они решили возобновить разговор.
      — Пап, неужели ты так и не съездил на рыбалку? — поинтересовался Антон. Отец Антона устало вздохнул.
      — Да какая тут рыбалка? — ответил вопросом на вопрос отец. — Времени нет совсем. Да и желания тоже.
      — Как это нет желания? — искренне удивился Антон. — Ты же говорил, что давно хотел попробовать.
      — Ну сейчас не хочу, — объяснил отец Антона. Тон объяснения ясно говорил о том, что тема закрыта. Антон всегда удивлялся, как часто его отец меняет интересы. То футбол, то хоккей, то вот теперь и рыбалка. И только политика оставалась неизменным его увлечением. Антон надеялся, что насчет однополых браков он тоже поменяет свои принципы.
      — Ну как, Арс, задница-то не болит? — вдруг спросил отец. Арс поперхнулся яблочным соком. Антон постучал ему по спине, понятия не имея, как ему воспринимать недвузначный вопрос отца. Неужели отец все знает, и теперь через колкие шуточки пытается добиться признания от парней?
      Арс перестал кашлять и теперь удивленными глазами смотрел на отца, не зная, как ему ответить. Отец с ехидной усмешкой смотрел на него.
      — В смысле? — сиплым голосом спросил Арс. Да все уже знали, в каком смысле. Сердце Антона билось, как сумасшедшее.
      -"Где мы прокололись?» — угнетающая мысль не оставляла обоих в покое.
      — Ну, ты когда садился, задницей ударился об стул. — пояснил отец, удивленно наблюдая за реакцией двоих парней, из которых чуть весь воздух не вышел, когда они выдохнули от облегчения.
      — Все нормально, спасибо, — все тем же сдавленным голосом ответил Арс, хотя от радости был готов на столе танцевать.
      Отец кивнул головой, принимая такой ответ. Отец Антона был серьезным, может даже суровым, но заботу старался проявлять в такой же мере, как и мама Антона. Всегда, сколько Антон себя помнил.

      — А вот и тортик! — воскликнула мама Антона и вошла в зал. Красиво украшенный шоколадный торт с сочной вишней и взбитыми сливками оказался на столе.
      — Ух ты, какой он красивый! — воскликнул Антон.
      — Спасибо…- смущенно отозвалась мама. — Антош, помоги мне, пожалуйста, с чаем.
      Антон встал из-за стола.
      — Конечно, мамуль, сейчас.
      Через некоторое время разноцветные чашечки, чайник и маленькие тарелки для торта стояли на столе. Антон сел на свой стул. Мама Антона оглянула стол и принялась разливать чай.
      — Сенечка, тебе какую чашку дать? — спросила она парня. Тот не успел ответить, как прилетела колкая шутка Антона.
      — Ой, мам, а дай ему голубую кружку, — ехидно произнес Антон. — Арс любит голубой цвет.
      Арс с наигранным возмущением открыл рот и посмотрел на Антона. Тонкий намек мгновенно был понят.
      -"Ах вот как, да?» — читалось в удивленном взгляде Арсения.
      -"Один: один» — победно выдавал взгляд шутника. В его глазах весело плясали бесенята. Битва взглядов продолжалась еще несколько секунд, потом Арс с нарочитым видом глубоко оскорбленного человека отвел взгляд. Антон усмехнулся.
      Мама Антона с удивлением посмотрела на их обоих.
      — Ну…держи. — проговорила она и поставила рядом с Арсом красивую голубую кружку среднего размера. Оба парня сжали губы, чтобы не засмеяться.
      — Ладно, разбирайте кружки. — все еще с легким удивлением сказала мать Антона.
Она не могла понять шуток, которыми поливали друг друга Антон и Арс. — Сенечка, разрежешь торт? Я пока чай налью.
      Арс соскочил с места.
      — Да, конечно, давайте ножик.
      Мама Антона подала Арсу нож для торта. Парень взял его в руки и пододвинул торт к себе поближе. Острый нож коснулся шоколадной глазури, которая аппетитно стекала с верхушки торта. Плавное движение вниз — и кусочек торта отрезан. Еще одно плавное движение — еще один кусочек отрезан. И так несколько раз.
      Покончив с тортом, Арс положил нож на тарелку для торта.
      — Спасибо, Сенечка. — поблагодарила помощника мама Антона. — Давай торт сюда.
      Арс поднял тарелку с тортом. Не успел он передать ее маме Антона, острый нож соскользнул с тарелки и полетел вниз. Реакция Арса сработала моментально. Он поймал его. Но не совсем удачно. Не за рукоятку. Лезвие быстро вошло в ладонь Арсения. Сжав губы от боли, Арс все же не выпустил его и положил на стол.
      Алая кровь потекла по ладони Арсения. Он завороженно посмотрел на нее. Антон, не теряя ни минуты, выдернул несколько салфеток, схватил руку пострадавшего и приложил их к небольшой ране. Белоснежные одноразовые салфетки вмиг покраснели.
      — Какой ужас! — обеспокоенно воскликнула мама Антона. Глава семейства встал из-за стола и встревоженно смотрел на руку Арсения. Арс выдохнул и посмотрел в глаза Антону.
      -"Почему мне так сегодня не везет-то?» — измученно выдавали глаза парня.
      Антон вздохнул и слегка улыбнулся, не переставая прижимать салфетку к пораненной руке.
      — Горе ты мое луковое. — с усмешкой и в то же время ласково произнес Антон и поцеловал Арса в щеку. Тот в миг покраснел и улыбнулся в ответ.
      И только сейчас до обоих дошло, что на них все это время, не отрываясь, смотрят удивленные родители Антона, которые не знали, как реагировать на поцелуй.


---

Реакция

      Повисла гробовая тишина. Родители пристально и с неприкрытым удивлением смотрели на парней. Вмиг в комнате стало холодно. Вмиг умерла та атмосфера, что царила за столом. Ее хладнокровно убил искренний поцелуй. Больше ее нет. Больше ничего нет. Лишь алая кровь Арсения поблескивала на остром ноже.
      «План провалился. План провалился.» — настойчиво мигала жуткая мысль в голове Антона и Арса.
      Руки у парней вновь задрожали. В горле пересохло. Тишина с болью вбивалась в голову и резала уши. Лишь судорожные вдохи наполняли комнату. Комнату, в которой все должно было немедленно решиться. Раз и навсегда.
      Двое парней боялись смотреть на родителей Антона. Отец и мать испепеляющим взглядом безжалостно давили на влюбленных, которые от страха и стыда хотели сквозь землю провалиться. Хотелось убежать. Убежать и никогда не возвращаться сюда. Место, которое всегда дарило радость, заботу и веселье, в одно мгновение стало самым ужасным и холодным местом на земле. Стало чужим. Никогда больше не придет сюда Антон. Никогда больше не сможет без страха взглянуть в глаза родителям, которые так нежно его любили. Они верили ему, всегда выслушивали его проблемы, всегда были рядом. Больше этого не будет. Никогда. Антон потом долго будет с ужасом поражаться, как быстро одно мгновение, одно действие, одно желание может раз и навсегда перечеркнуть все, что было так дорого Антону. Один лишь поцелуй убил так много теплых и уютных вечеров. Один лишь поцелуй убил все семейные взаимоотношения. Один лишь поцелуй все бездушно разрушил. Раз и навсегда.

      Первым от глубокого шока отошла мать. Будто выпала из транса.
      — Это… что было? — удивленно и медленно произнесла мама Антона. Сын с ужасом заметил в ее голосе стальные нотки, которые никогда не слышал.
      Сердце Антона бешено билось об ребра, как птица в тесной железной клетке.
      — Мам, пап… Я все объясню… — неуверенно протянул Антон.
      — Да уж, придется. — резко проронила мама. Будто острым ножом по сердцу полоснула.
      Антон не знал, что делать. Не знал, что сказать. Да и что тут скажешь? Все заготовки, все идеи, как признаться в своей ориентации, сразу же вылетели из головы, оставив Антона в одиночестве. Он вздохнул поглубже.
       — В общем… я… — сдавленно начал Антон. Он будто бы позабыл все слова. Все мигом вылетело из головы.
      — Мы любим друг друга. — холодно и четко вдруг произнес Арс. Антон удивился и украдкой посмотрел в сторону второго парня. Голос Арсения дрогнул, но держался он мужественно, наконец-то переведя взгляд с пола на родителей Антона. Он не хотел оставлять своего парня наедине с родителями. Хоть ноги его и подкашивались от страха, а в висках пульсировала кровь, Арс решил пройти этот опасный путь признания вместе.
      Мать Антона переменилась в лице. В нем больше не было ярости. Оно вдруг стало простым. Хоть в нем и мелькало удивление, мать стала понимать, что происходит. Посмотрев на обоих, она остановила свой взгляд на Антоне, в котором бушевал ураган смешанных чувств и эмоций.
       — Антон… это правда? — спросила мама, зная наперед, каким будет ответ.
      Антон вздохнул.
      — Да, мам… Мы правда любим друг друга, — чуть увереннее сказал Антон. Все равно пути назад нет. Все равно ничего не исправить. — Мы пришли к вам сказать, что мы встречаемся.
      Мамино лицо все больше становилось обыденным. Только удивление все еще мелькало в ее лице. Антон не мог предугадать ее реакцию даже сейчас. В любой момент она могла подойти и с радостью обнять обоих. В любой момент она могла накричать и в слезах выгнать парней из дома. Разные сцены мелькали в голове Антона. Вот она медленно подходит к ним и ее нежные руки обвивают его шею. Вот она изо всех сил выталкивает родного сына и его парня к дверям, а по ее лицу струятся горькие слезы. Вот она берет тарелку и со всей злости…
      — Что ж… Добро пожаловать в семью, Сеня. — неуверенно проговорила она и слегка улыбнулась. Парни резко посмотрели на нее. Удивление огромной волной внезапно захлестнуло обоих. Мысли Антона мигом исчезли. Они не могли поверить в то, что сейчас произошло.
      «Неужели мама за наши отношения?» — возникла радостная мысль в голове Антона. Среди огромных ураганов неуверенности, холодных волн страха, и грозных туч стыда вдруг показался островок надежды и радости.
      Удивление и радость бушевали в обоих. Губы парней тронула искренняя улыбка. Мама Антона все еще пребывала в легком шоке, но к ней возвращались те же эмоции, что были на ее лице еще до поцелуя: беззаботная радость и легкое веселье.

      «Один есть» — подумали парни. И вдруг обоих как током щелкнуло, когда они посмотрели на отца Антона.
      Отец пребывал все в том же сильном шоке и недоумении. Островок радости и надежды захлестнула волна страха. Оба парня не могли оторвать взгляд от отца, который, казалось бы, уже никогда не выйдет из глубокого шока. Он навсегда останется в той же позе, навсегда останется в той же красивой рубашке, которую мама Антона всегда заставляла его надевать по праздникам, навсегда на его лице останется те же эмоции, которые возникли на нем во время поцелуя.

      Антон боялся смотреть в глаза отцу. В этих глазах было так много эмоций: удивление, злость, замешательство, и даже… боль. Боль… Отец смотрел на сына, как на предателя. Будто кровь на ноже для торта предназначалась не Арсению, а ему. Будто Антон подошел к отцу сзади и воткнул этот самый нож в спину отца.
      Антон в одно мгновение почувствовал не только страх, стыд и подавленность. Теперь он чувствовал вину. Вину за то, что он любит парня. Вину за то, что он любит.
      Мама смотрела на мужа с эмоцией, которую Антон не мог разгадать. Эта женщина могла оставить за собой много вопросов, так и не дав на них ответа. То ли ожидание, то ли страх, то ли недоумение мелькало на ее нежном лице.
      Все трое смотрели на отца и ждали, что он скажет.
      Вдруг отец отвел взгляд от сына, посмотрев вниз и очень тяжело вздохнул. Антон и Арс с замиранием сердца представляли его следующую реакцию.
      — Я… пойду покурю. — произнес он и вышел из-за стола. Взяв спички и сигареты, он направился на кухню, через которую можно было пройти на балкон. Все трое смотрели ему вслед, пока он не скрылся за стеной.

      Опять в комнате повисла гробовая тишина. Никто не знал, что делать. Все мельком переглядывались друг с другом и тут же отводили взгляд на что-нибудь другое. Неловкое молчание давило на всех троих.
      — Сенечка, твоя рука… — вдруг нарушила тишину мама Антона, когда ее взгляд упал на пораненную руку Арса. — Давай я ее перебинтую.
      — Да, давайте… — почти шепотом сказал Арсений и медленно, будто боясь, подошел к маме Антона. На все угодно он был согласен, лишь бы замять все это.
      Мама Антона подошла к шкафу с лекарствами. Антон в детстве как огня боялся этого шкафа. Ему казалось, что там живет какой-нибудь страшный Бабайка, который когда-нибудь раз и навсегда утащит маленького Антошку в этот шкаф, и никто его никогда не найдет. Однако каждый раз, когда мама Антона открывала его, там прятались только коробки с таблетками, белоснежные бинты, баночки с травяными лечебными сиропами и всякие драже от простуды, которые Антон терпеть не мог. Они были как флажок к долгой болезни, нудным и продолжительным постельным режимам, горьким лекарствам и скучной жизни ровно до тех пор, пока Антон не выздоровеет.
      Антон вздохнул. Размышления о болезни всегда наводили на него тоску.
      Мама вытащила из шкафа бинт и подошла к Арсу, который смиренно сидел на своем стуле и ждал перевязки.
      Антон был рад остаться здесь и подождать, когда отец покурит, все обдумает и вернется в зал. Ему не хотелось идти к отцу, он понимал, что там его ждет серьезный разговор, который решит будущее отношений Антона и Арса. Но другая часть его мозга говорила, что надо идти. Она заставляла идти к отцу и объяснить ему все. Но если все эти попытки объяснить что-либо сделают все еще хуже? Что если отец просто напросто выкинет Антона как из дома, так и из своей жизни?
      Мысли Антона не прибавляли ему особой энергии и уверенности. Он снова вздохнул.
      «Надо идти.» — упрямо стояла мысль в голове.
      — Мам, я пойду…поговорю с папой, ладно? — спросил Антон. Женщина посмотрела на него. В ее красивых карих глазах читалось понимание. Она всегда понимала сына, чтобы не случилось.
      — Да, Антош, конечно… — произнесла она и вскрыла упаковку бинтов. Антон перевел взгляд на Арса.
      — «Удачи…» — пожелал Антону взгляд Арса. Антон коротко кивнул головой и медленно побрел к отцу.

---
Источник

Сказать спасибо автору:
0

Рубрика произведения: Проза ~ Другое
Ключевые слова: Арсений Попов, Антон Шастун,
Количество отзывов: 0
Количество просмотров: 98
Свидетельство о публикации: next-2021-91728
Опубликовано: 08.06.2021 в 16:33
© Copyright: Лучшие фанфики
Просмотреть профиль автора




Авторские права
Какие произведения можно размещать на своей странице?
Можно публиковать только своё авторское творчество, то есть то, что вы создали сами. На нашем сайте нельзя публиковать чужие (современные) произведения: музыку (треки, миксы, ремиксы), литературу (поэзию, прозу), видео и фото контент и др. Любой плагиат может быть удален без опповещения автора, разместившего его. Если ваше произведение является составным и использует заимствования, то они должны быть согласованы с правообладателями.

Сайт «Некст» (www.next-portal.ru) не продает и не использует каким-либо иным образом загруженные музыкальные фонограммы и литературные произведения, а лишь предоставляет дисковое пространство и иные технические возможности сайта для хранения и возможности передачи загруженных фонограмм по каналам сети Internet исключительно по инициативе пользователя. Авторы (пользователи) сайта принимают на себя всю полноту ответственности за загружаемые ими произведения в соответствии с законодательством Российской Федерации.




1