Новый литературный / музыкальный портал
Поэзия
Песни
Музыка
Проза
Разное
Видео
Музыканты
Авторы
Форум
Конкурсы
О портале
Поэзия
Песни
Музыка
Авторы

Шурочка (5 глава)


     ­­­­Володя попал в танковые войска, как и хотел. За полгода надо было пройти учебку, и потом его назначат командиром танка. Шурочка продолжала работать в колхозе. Мама уже не работала. После проводов сына она очень сильно сдала, головные боли усилились, ей даже было трудно справляться с домашними делами. Дед Иван тоже становился слабее с каждым днём. Хорошо, что ещё потихоньку топал по дому. Вся работа легла на плечи Фёдора и Шурочки. Ей было не привыкать переносить трудности, она была сильная духом и не раскисала ни при каких обстоятельствах. А когда было совсем невмоготу—всегда повторяла, как когда-то в детстве:
—Я сильная, я всё смогу, всё выдержу…

     По характеру она была похожа на отца. Тот тоже обладал неимоверной силой воли и выдержкой. Ходил в лес, заготавливал дрова на зиму, делал всю мужскую работу по хозяйству. Когда был Володя дома, то дрова пилили вместе, а колол обычно Володя, жалея отца. Всё-таки нелегко ему было держать топор фактически одной здоровой рукой, искалеченной—только поддерживал. Трудная выдалась зима в тот год. Были сильные снегопады и морозы. Фёдор расчищал от снега дорожки к колодцу и сарайчику. А за ночь наметало столько снега, что с утра опять приходилось брать лопату и начинать всё сначала. Иногда заметало даже входную дверь в дом. Тогда приходилось ещё труднее. А во время морозов старая избёнка промерзала за ночь так, что утром снова приходилось топить печь. Дед Иван перебрался со своего топчана на печь, так и коротал там зиму. Лежит, бывало, на печи и говорит, то ли себе под нос, то ли ещё кому-то:
—Да-а-а-а, не на шутку разозлилась зима, мать её за ногу.
Глянет в оконце и опять за своё:
—А метель-то как разыгралась под вечер, не на шутку. Ишь как воет в трубе, будто чертей на сковороде жарят. Стращает нас, поди. А что нас стращать? Мы всякое за свою  жизнь повидали.
Дед Иван укутался кожухом почти с головой—так теплее… и снова погрузился в свои воспоминания. А что говорить о настоящем? Его почти уже нет. Всё осталось там, в прошлом: и работа, и судьба нелёгкая... вся жизнь со всеми её проблемами. Только одни воспоминания и остались. Жизнь, как сон. Словно приснилось всё. А какая жизнь у стариков? Таскаешь ещё понемногу ноги—и слава Богу! Не приведи, Господи, чтобы болезнь к постели совсем приковала. Вот тогда уж беда.

     В углу под потолком развешены засушенные пучки лечебных трав, стебли укропа, из холщовых мешочков пахнет сушёными окуньками, грибами и ягодами. Под полком аккуратно сложены смоляки для растопки печи, сухие дрова. Фёдор обычно приносил их из сарайчика на несколько дней и складывал за печкой, чтобы они просыхали, тогда было легче растапливать печь. А смоляки заготавливали летом из корней вывороченных ветром или спиленных сосен и елей. Корни были пропитаны смолой, и когда эти щепки разжигаешь в печи, только треск слышится от смолы, они быстро разгораются и жарким огнём охватывают дрова. Лежит дед Иван на печи, прислушивается к завыванию метели, а за печкой стрекочет сверчок, сладко убаюкивая и унося в забытьё. Тихо, спокойно всё, мирно—а это самое главное. Вот только бы не было войны, а всё остальное уж как-нибудь, подумал дед Иван и тихо прошептал, словно обращаясь к внуку:
—Ты уж там, внучек, служи с Богом, чтоб всё у тебя было хорошо. Буду за тебя молиться Пресвятой Богородице. Спаси и сохрани нас, Заступница, от всяких  напастей, — и трижды перекрестился. Глянул на Шурочку, занятую своим любимым делом: вышиванием, улыбнулся своим мыслям и задремал.

     Вскорости вернулся домой отец. Шурочка достала из печи кислые щи с бараниной, картошку в мундире. Сели за стол. Фёдор, причмокивая, сказал:
—Надо мне, наверное, в лес сходить, проверить капканы, а вдруг кто-то попался. Хорошо, если заяц. Не поздно ещё, пару часов до сумерек.
—Что ты, папа, не ходи, лучше завтра утром сходишь.
—Не-е-е-е, пойду сегодня, а вдруг завтра с самого утра опять метель начнётся. Позабавилась вдоволь, да и успокоилась. Вон даже солнышко выглянуло. Пойду сейчас…решено.

     Шурочка глянула в окошко. На улице и впрямь было тихо. Деревья, покрытые шапками снега, слабо покачивались. Всё вокруг сверкало в лучах солнца.
—Папа, может, и мне с тобой сходить. Одному как-то страшновато. Зима всё-таки, а сейчас и волки не на шутку распоясались. Вон что вытворяют. Слышал, Манькину козу загрызли ночью. Сарайчик-то у неё никудышный, добрались же как-то, загрызли и утащили. Небось, тоже голодают, надо волчат кормить, подросли уже с лета.
—Слышал, Шурочка, слышал. Ну что тебе сказать, волкам тоже надо как-то выживать, вот и рыщут. Как бы и в наш сарайчик не повадились…
—Что ты, папа, им не одолеть наш сарайчик. Вы же с Володей его крепко-накрепко на зиму подремонтировали. Не доберутся до наших овец.

     У них в хозяйстве были три овцы и баран. Польза от них была хорошая. Как-никак, а шерсть стригли, валенки валяли, а когда надо было, то старых резали на мясо, надо же было и кожухи шить. Потом от овец-маток оставляли молодых ягнят. А что поделаешь? Такая жизнь в деревне.
—Ну, что? Спасибо, дочушка, за еду, дай Бог тебе здоровья. Буду собираться в лес, пока не поздно. Ты, небось, не пошла бы в лес одна, Шурочка, волков бы побоялась. А зимой они злые, голодные.
—Ай, не боюсь я их, папа! Помнишь, как ты нам факелы делал, когда мы в школу ходили?.. Так тогда мы были ещё маленькие. А что мне сейчас бояться? Взяла бы ружьё, топор за пояс—и все страхи по боку!
—Отчаянная ты у меня, Шурочка! Вся в меня, —довольно улыбнулся отец и подкрутил усы.

     Фёдор надел кожух, шапку-ушанку, валенки, подпоясался ремнём и вышел на улицу. В сарае достал снегоступы. Они не раз выручали Фёдора в лесу. В них было надёжно ходить по глубокому снежному насту. Заткнул за ремень топор и взял ружьё. В охотничью сумку положил патроны и отправился в лес. Фёдор так любил ходить в лес, что, кажется, другого более интересного дела он и не мог придумать. Лес и кормил человека, и дрова в нём заготавливали, и охотой люди промышляли. Зайдя в лес, Фёдор остановился, чтобы передохнуть. Невольно залюбовался красотой зимнего великолепия. А лес, действительно, стоял в своём зимнем убранстве. Ветви деревьев были покрыты снежными шапками, сверкающими в лучах солнца. Пеньки, словно маленькие гномики, завораживали разнообразием очертаний. Тишина стояла сказочная. И только верхушки сосен, чуть-чуть покачиваясь, тихо шумели, будто пели свою волшебную лесную песню. Морозный воздух пьянил чистотой и свежестью. Кажется, невозможно им надышаться, настолько он был упоителен!
—Ах ты, Боже мой, как же здесь хорошо! —вслух произнёс Фёдор и глубоко вдохнул чистый морозный воздух. Надо было всё-таки Шурку с собой взять, она бы точно запела от такой красотищи. Знаю я её, озорницу!

     Фёдор двинулся дальше. Осталось спуститься в овражек, а там рукой подать до места, где он пару капканов поставил. Тропа была полностью занесена снегом, но Фёдор знал каждое деревце, каждый кустик, и даже глубокий снег не мешал ему ориентироваться в знакомой от рождения местности. Вдруг он увидел следы. Он безошибочно умел  определять по следам, какой зверь прошёл. Фёдор внимательно присмотрелся. Это были следы волка...одного. Вгляделся повнимательней - недавно прошёл, следы совсем свежие. Так-так, спокойно...пойду дальше, подумал Фёдор.
За большой елью следы резко повернули в заросли кустарника. Фёдора это немного насторожило. Он машинально потрогал топор, висевший за поясом и медленно, оглядываясь по сторонам, пошёл вперёд. До капкана оставалось метров сто. Вроде бы всё тихо, никаких шорохов, треска веток не слышно, думал Фёдор. Но всё равно на душе было как-то неспокойно. И только он повернул за заросли молодых низеньких ёлочек, как перед ним метрах в двадцати стоял волк, который, вероятно, направлялся в сторону Фёдора. Но так как ветерок дул со стороны волка, он и не почувствовал человека. Может, был старый, больной…Кто знает? Но вот встретился на лесной тропе с человеком, как говорится, лоб в лоб. Фёдор опешил на мгновение, волк—тоже. Фёдор видел, как у волка стала подниматься дыбом шерсть на холке. Глаза сверкнули недобрым взглядом дикого и страшного зверя. Снимать ружьё было слишком рискованно, так как оно было перевешено на другое плечо через голову. В пару прыжков волк мог бы наброситься на него и уже вряд ли можно было бы что-то исправить. Фёдор медленно потянулся рукой за топором… медленно достал его из-за пояса и крепко сжал топорище в левой руке. Волк, заметив движения Фёдора, оскалил свои страшные клыки. И вот в это мгновение Фёдор подумал, что ещё одно движение, и волк набросится на него. Так и замер он на одном месте, не шевелясь и не двигаясь. Волк тоже стоял неподвижно, будто оценивая ситуацию. Несколько минут они молча смотрели друг на друга, глаза в глаза. Это было самым жутким чувством для Фёдора, которое ему когда-либо приходилось испытывать. Казалось, что несколько минут превратились в часы. Фёдор был в лесу много раз за свою долгую жизнь: и дрова рубили на лесозаготовке, и охотились, в том числе и на волков, когда производили отстрел матёрых из-за большой численности. Всякое приходилось повидать. Но чтоб вот так встретиться с волком с глазу на глаз—впервой.
Что там у волка было на уме в тот момент— одному Богу известно. Но волк вдруг поднял шерсть на холке, оскалил зубы и… медленно направился в сторону кустарника, не оборачиваясь, словно говоря всем своим демонстративным видом:
—Я здесь хозяин в лесу…мне нечего бояться. А ты пришёл в мои владения… вот и бойся. Ты здесь чужак, а не я…
Фёдор стоял тихо, не шевелясь, как вкопанный, глядя, как волк удаляется в заросли. И только, когда тот исчез из виду, он заткнул топор за пояс, но на всякий случай снял ружьё и крепко сжал руками рукоятку. Кто знает, что могло произойти в следующий момент. Фёдор был готов ко всему. Осмотревшись по сторонам, пошёл всё-таки в сторону капкана. И когда подошёл к тому месту, где он поставил под ёлочкой капкан, всё понял. На снегу виднелись следы крови и были разбросаны остатки заячьей шерсти. Волк нашёл попавшегося в капкан зайца, и это послужило ему едой.
Ах, вот оно что! Вот тебе и разгадка, подумал Фёдор. Волк был не голоден. А так, кто знает, чем бы эта встреча обернулась. На этот раз он пощадил человека. А, может, и человек его. В этом мире всё так сложно и запутано. И как по-настоящему можно объяснить поступок зверя? Неизвестно. У них тоже свои правила и свои понятия.
Фёдор забрал капкан. Потом, пройдя ещё метров сто, заглянул к следующему капкану, но тот был запорошен снегом. Он и его положил в охотничью сумку.
Нет, не стану я их больше ставить, ни к чему мне такие страсти. Отдам Захару, он большой любитель такой охоты. Я уж лучше из ружья, если что, подумал Фёдор и поспешил к выходу из леса…

     Когда Фёдор вернулся домой, солнце уже спряталось за горизонтом… смеркалось. Зайдя в дом, разделся, сел на лавку возле печи и задумался. Как же всё-таки объяснить то, что произошло в лесу? Уму непостижимо.
Вернулась Шурочка от подружки Галинки и, весело улыбаясь, спросила:
—Ну, как ты сходил в лес, папа? Никто не попался в капканы?
—Нет, никто. Лес, как лес! Живёт своей жизнью, своими законами, —задумчиво произнёс Фёдор и не стал рассказывать о встрече с волком.
—Устал я, Шурочка, устал. Пора на боковую.
Фёдор лёг на кровать и ещё долго раздумывал над встречей с волком. Чего только не бывает в этой жизни! Какие только страсти не посылает Господь человеку для испытаний!

     Вернулась от соседки мама. Она по вечерам любила ходить к Манечке. Посидят, бывало, поговорят о жизни. Расскажут друг другу о своих горестях и радостях. Больше, конечно, о печальном. Какие уж тут радости. Ну, а когда вместе, тогда вроде бы и легче на душе становится. Надо всё-таки поддерживать друг друга. А когда уж совсем невмоготу, то и подавно. Вот и ходила она к соседочке. Посидят, поговорят—вроде бы и полегчает.
Зайдя в дом и увидев, что все уже на месте, Ирина проговорила тихим голосом:
—Ну и слава Богу, все дома, все живы, здоровы. Присев к столику, за которым Шурочка занималась вышивкой, тревожно сказала:
—Ой, Шурочка, что-то мне за нашего Володеньку неспокойно. Как он там, горемычный, без нас?
—Не переживай, мамочка, я же тебе читала письмо, которое он на прошлой неделе прислал. Пишет, что всё хорошо у него, служит, как и все. Скоро пройдёт учебку, сколько уже тут до весны осталось? Обещал, что пришлёт фотокарточку.
—Быстрее бы уже зима прошла, потеплеет, а там и легче будет. Небось, нелегко ему, бедненькому, приходится. Страх сказать…танковые войска. Что только не придумают. Нет бы все жили мирно, спокойно, без всяких войн, зависти и злобы. Так нет же. Все чем-то недовольны, всё чего-то хотят…
—Да, мамочка, быстрее бы уже прислал фотокарточку. Интересно, какой там наш Володя в военной форме? Наверное, красавчик ещё тот!
—Конечно, дочушка. Краше нашего Володеньки и парня на селе не сыщешь. А в военной форме и подавно глаз не отведёшь, —заулыбалась мама. Она редко в последнее время улыбалась, трудная была жизнь, болезни донимали. А как отправила сына в армию, так совсем загрустила. Сядет у окошка и плачет. Материнское сердце всегда рядом со своим ребёнком, где бы он не был и в каком возрасте. Он всегда остаётся для матери маленьким, и за него всегда болит сердце.
Совсем стало темно. Мама обняла Шурочку, поцеловала и промолвила поникшим голосом:
- Пора уже и на отдых.
У деда Ивана вообще не поймёшь, где день, а где ночь. То он спит, то ворочается и кряхтит от болезней. Ему-то совсем жизнь не в радость была. А живой, как он говорил, в могилу не полезешь. Надо доживать как-то...

     Так и шли зимние дни со своими заботами, проблемами, мыслями. Конечно, зимой нет столько работы, как весной, летом и осенью. Люди могли немного позволить себе отдохнуть. Хотя этот отдых не назовёшь отдыхом в полном смысле этого слова. Всё равно было достаточно дел. Зимой люди готовились к предстоящему сезону: ремонтировали косы, грабли, плуги, делали сачки для ловли рыбы, сучили верёвки, из кожи животных делали ремни...работы хватало. Да и за домашними животными надо было ухаживать. Сколько сил только стоило добраться до воды в колодце. Когда был сильный мороз, вода в колодце глубоко промерзала, и нужно было пешней разбивать лёд, проделывать во льду отверстие, чтобы можно было опустить в колодец ведро и достать воду. Понятное дело, что эту работу приходилось сейчас делать Фёдору.

     Наконец-то наступила долгожданная весна. Солнышко стало пригревать всё теплее и теплее. С крыш закапала капель, а когда к вечеру немного подмораживало, тогда на кромке крыш образовывались замысловатые сосульки: и маленькие, и большие, свисающие, как длинные хрустальные палки. А днём в оттепель снова начинался перезвон капели, сосульки, словно плакали горькими слезами. А как они блестели на солнышке! Загляденье! От этого сияния становилось больно глазам. Воздух наполнялся неимоверной свежестью и чистотой, что кажется пил бы этот воздух и никогда бы не напился. Просто благодать Божья! Постепенно весь снег растаял, и земля задышала полной грудью, словно потягиваясь после зимнего сна. На реке начался ледоход. Даже возле дома можно было услышать его шум. Река тоже пыталась побыстрее сбросить с груди ледяной панцирь, который сковывал её всю зиму, чтобы задышать в полную мощь. Природа просыпалась и отдавала свои упоительные запахи. В воздухе пахло прелой прошлогодней травой и свежей травкой, робко пробивающейся из земли. Пахло жизнью! Природа сама подсказывала, что дороже жизни ничего в этом мире нет!

     Весна пришла со своими сезонными заботами. В каждой семье люди старались сделать всё вовремя. Земля принимала новые семена, чтобы потом дать урожай. Всех она, родимая, и кормит, и поит. Люди во все времена с большой благодарностью и почтительностью к ней относились, как к живому и самому родному существу. В работе время летит так быстро, что и не успеваешь его замечать, особенно весной, когда надо вспахать, посеять и в колхозе, и на своём огороде. Люди, как те птички, которые, вернувшись из тёплых краёв, стараются тоже вовремя свить гнёзда, вывести птенцов, выкормить их, поставить на крыло, чтобы осенью, завершив все дела, вместе улететь в тёплые края. Все и всё в природе подчиняется её законам. Так и люди... стараются, суетятся, забывая об отдыхе. Круговорот... во всём круговорот…
Шурочка работала в колхозном полеводстве. Мама уже не ходила на работу, потихоньку что-то делала по дому. А когда Шурочка возвращалась с работы, то старалась справиться с самой трудной работой сама, говоря маме, чтобы она поберегла себя, видя, как она пытается помочь Шурочке. Так и шло время...Его не остановить, если бы даже и захотел. Весна пролетела в работе и заботах быстро. Наступило лето… лето 1941 года...










Сказать спасибо автору:
2

Рубрика произведения: Проза ~ Рассказ
Количество отзывов: 2
Количество просмотров: 129
Рейтинг произведения: 30
Свидетельство о публикации: next-2021-71693
Опубликовано: 22.03.2021 в 21:22
© Copyright: Татьяна Багрец
Просмотреть профиль автора

Тахир Султанов     (08.10.2021 в 01:31)
Татьяна, с огромным интересом и удовольствием прочитал Ваше повествование!
Очень ярко, со знанием и колоритом описан простой быт деревенских людей. Подробная детализация некоторых общественных мероприятий заслуживает отдельного восхищения. Изнеженным городским жителям не понять всех тягот и лишений, которые выпадали на долю деревенских людей.
Спасибо за Ваш удивительный и душевный рассказ! Читая такого рода произведения, мне вспоминаются рассказы Шукшина.

С теплом и самыми добрыми пожеланиями.

Татьяна Багрец     (08.10.2021 в 09:32)
Здравствуйте, Тахир!
Душевно благодарю Вас за прочтение всех пяти глав рассказа! Чувствуется, что Вы очень внимательно читали и прониклись всеми деталями, изложенными в рассказе, с пониманием восприняли всю ту нелёгкую довоенную жизнь простых деревенских людей, их неимоверно тяжёлый труд, лишения и проблемы, как они стремились к мирной жизни, трудились на благо своего колхоза, желая сделать жизнь лучше и достойнее, чтобы их потомкам жилось хорошо в будущем. Да, через какие только испытания не проходит человек, закаляя свою волю...А в недалёком будущем этим простым людям придётся ещё столько горя хлебнуть...
Искренне благодарю Вас, Тахир, за душевный отзыв! Мне очень отрадно было получить Вашу рецензию!
С уважением и признательностью.

Алла Валько     (27.06.2021 в 00:17)
Прочитала я Ваш рассказ, Татьяна, о трудной деревенской жизни и загрустила. Загрустила потому, что мы, живущие в городе, не знаем тех трудностей, с которыми ежечасно сталкиваются жители села. Какой же силой духа надо было обладать, чтобы, несмотря на погодные условия и порой плохое самочувствие, пилить и колоть дрова, топить печь, содержать в чистоте и сытости скотину и выполнять всю необходимую работу по дому! И всё это без нытья и жалоб.
Можно только диву даваться, какими выносливыми, трудолюбивыми и терпеливыми всегда были наши простые люди.
Вы, Татьяна, точно передали настроение людей в предвоенной деревне и переживания матери по поводу сына, служившего танкистом в Красной Армии. Ваше повествование заканчивается сообщением о наступлении лета 1941 года. Впереди всю страну и этих добрых людей ждали жестокие испытания...
Хотелось бы знать, что они выжили...
С уважением,
Алла.

Татьяна Багрец     (27.06.2021 в 12:47)
Искренне благодарю Вас, Аллочка, за прочтение всех пяти глав
и за Ваши развёрнутые отзывы, полные понимания и сострадания моим ЛГ!
Верно Вы сказали, что то поколение обладало огромной силой духа при такой тяжёлой жизни.
Мне тоже приходит мысль, что мы, современные люди, не вынесли бы и части тех испытаний,
которые выпали на их долю.
Да, пятая глава заканчивается сообщением о наступлении лета 1941 года.
Им предстоит ещё многое пережить...
С уважением и благодарностью.




Авторские права
Какие произведения можно размещать на своей странице?
Можно публиковать только своё авторское творчество, то есть то, что вы создали сами. На нашем сайте нельзя публиковать чужие (современные) произведения: музыку (треки, миксы, ремиксы), литературу (поэзию, прозу), видео и фото контент и др. Любой плагиат может быть удален без опповещения автора, разместившего его. Если ваше произведение является составным и использует заимствования, то они должны быть согласованы с правообладателями.

Сайт «Некст» (www.next-portal.ru) не продает и не использует каким-либо иным образом загруженные музыкальные фонограммы и литературные произведения, а лишь предоставляет дисковое пространство и иные технические возможности сайта для хранения и возможности передачи загруженных фонограмм по каналам сети Internet исключительно по инициативе пользователя. Авторы (пользователи) сайта принимают на себя всю полноту ответственности за загружаемые ими произведения в соответствии с законодательством Российской Федерации.




1